панаева глав«...Кричали, что пишу не я, а Панаев и Некрасов, выдают меня за писательницу», — говорила Авдотья Яковлевна.

В 1847 году Панаева адресовала подруге слова, которые могла бы обратить к себе: «Тебе нужно как можно более писать, чтоб выписать все неясное и дойти до того, чтоб всякая твоя мысль была выражена коротко, просто».

Если Авдотья Панаева сама не написала бы ни строчки, если бы не была хозяйкой салона журнала "Современник", где побывали все великие писатели середины XIX столетия... Если бы она была просто красивой женщиной, которую любил Некрасов, посвятив ей цикл любовной лирики... Она все равно вошла бы в историю русской литературы…

Да, она стала главной Музой великого русского поэта, и "панаевский цикл" его стихотворений - это одна из вершин русской интимной лирики. Именно интимной, а не просто любовной, потому что все эти стихи написаны на разрыв сердца, и ее, и его. Одни их первые строчки говорят сами за себя: "Да наша жизнь текла мятежно...", "Давно отвергнутый тобою...", "Тяжелый крест достался ей на долю...", "Прости! Не помни дней паденья...", "Мы с тобой бестолковые люди...", "Прощание" и т. д.

В гражданском браке они состояли полтора десятка лет, и началось это при жизни ее законного мужа, писателя и критика Ивана Панаева, что позволяет любителям исторической "клубнички" говорить о любви a trois.

Тем более что и жили они одно время действительно вместе, и умирал Панаев на руках Авдотьи.

В Панаеву, женщину красивую, были влюблены не только Панаев и Некрасов. В нее после первой же встречи с ней влюбился и Федор Достоевский, который писал брату: "Вчера я в первый раз был у Панаева и, кажется, влюбился в жену его. Она умна и любезна, и пряма донельзя".

И даже классик Александр Дюма-отец, побывав в России и посетив дачу Панаева под Ораниенбаумом, писал в мемуарах "Путешествие по России", что госпожа Панаева «отличается женской красотой".панаева мужья

Привлекательность Панаевой стала не выигрышным билетом, а тяжелым крестом. "Иногда я думаю, - писала она, - что я не виновата в том, что я сделалась. Что за детство варварское, что за унизительная юность, что за тревожная и одинокая молодость".

Расцвет ее жизни совпал с ситуацией, когда она оказалась в кругу ярких мужчин, тех, кто печатался в некрасовском "Современнике" и бывал в доме Панаевых. И кем она была в сравнении с ними? Красоткой, хозяйкой в доме, принимавшей гостей и умевшей лишь поддержать разговор, но не высказывавшей свое суждение.

Некрасов, разглядев в ней творческую личность, побудил ее писать свою прозу. Два романа - "Три страны света" и "Мертвое озеро" - были созданы в соавторстве с ним, причем в написании "Мертвого озера" он принимал мало участия.панаева салон

Еще четыре романа она написала сама, и среди них - такой принципиальный для XIX века текст, как "Женская доля". Он был написан не без влияния идей Н. Г. Чернышевского, с которым Панаева была очень дружна. Но в романе свой почерк. Панаеву волнует судьба женщин, ставших "жертвами любви".

В романе отразились переживания Панаевой, связанные и с законным браком с Панаевым, и с "незаконным" с Некрасовым. И в обоих она была несчастна. Панаев вел свободную жизнь, а Некрасов был мужчиной, мягко говоря, сложным. Три их сына, рожденные в незаконном браке, умерли младенцами.

После смерти Панаева в 1862-м она могла узаконить отношения с Некрасовым. Вместо этого, измученная долгим романом с ним, она идет на разрыв отношений и выходит замуж за сотрудника "Современника" Аполлона Головачева, рожает дочь Ирину и остаток дней после смерти второго мужа в 1877-м проводит бедной вдовой, зарабатывавшей редактурой и для души писавшей "Воспоминания".панаева книги

Вместе с романом "Женская доля" эти воспоминания - ее главный вклад в русскую литературу. В них много неточностей, есть откровенный, чисто женский пристрастный взгляд на тех мужчин, что окружали ее в салоне "Современника". Если она не любила Тургенева, то и выведен он карикатурно, и изъясняется языком приказчика, а не великого писателя. Если любит Добролюбова почти как сына, то и видит в нем ангела.

И - ни слова о романе с Некрасовым! Возможно, потому, что вспоминать об этом было слишком больно. Зато как изумительно описывает она среду "Современника". Ведь никто из женщин XIX века не знал ее так близко и изнутри, как Авдотья Панаева.

Или с каким неподражаемым женским юмором она пишет об обжоре Александре Дюма, который изрядно надоел ей визитами. "Раз я нарочно сделала для него такой обед, что была в полном убеждении, что, по крайней мере, на неделю избавлюсь от его посещений. Я накормила его щами, пирогом с кашей и рыбой, поросенком с хреном, утками, свежепросольными огурцами, жареными грибами и сладким слоеным пирогом с вареньем и упрашивала поесть побольше.

Дюма обрадовал меня, говоря после обеда, что у него сильная жажда, и выпил много сельтерской воды с коньяком. Но напрасно я надеялась: через три дня Дюма явился как ни в чем не бывало... Я думаю, что желудок Дюма мог бы переварить мухоморы".

Прелесть, не правда ли!

Источник

Автор Павел Лисинский

https://rg.ru/2020/08/09/basinskij-avdotia-panaeva-byla-ne-tolko-glavnoj-muzoj-nekrasova.html